Эрика:Как с такими клыками у Пети вообще челюсть закрывалась? Петя: Ты лучше спроси, как с такими клыками витя мне самую ценную часть тела доверил хд
(с) Эрика и Питер в кругу диссидентов
Пока Джей набирала номер и разговаривала с Гидеоном, куко скинула суку с плеча и уселась на нее
(с) Jean Devereaux
Mama Reyes
John Stilinski
Brian Robinson
Morgan Hayes
Beatrice-11
Chris-10
Dean-6
Sophie-6
Mephisto
Cole
Francheska
Theo
how i met your... uncle?
Teen wolf: the rebirth of chaos
Рейтинг: NC-21;
Система игры: эпизодическая;
Место действия: город Бейкон Хиллс, Калифорния, США;
Время действия: январь 2013 года.
STILES

Всемогущий Боженька, правообладатель статуса «самый добрый админ», а также главный покупатель магазина канцтоваров в БХ. Из себя выходит редко, но если уж выходит – то потом хрен вернёшь. В лихие 90-е закопал труп канона на заднем дворе и забыл где.

♦ JUDY

Серый кардинал Чаоса, овладевший мастерством вечного кармического спокойствия, в свободное время исполняет обязанности няни Боженьки. По всем вопросам оформления и за волшебными пи#дюлями стучитесь к ней.

♦ PETER

Трехтысячиметровый баловень судьбы и мастер жопок, любит бегать голым по лесу и во всеуслышание заявлять, что он «АЛЬФА», основная обязанность на форуме – учёт душ. Будьте осторожны и проверьте свою анкету несколько раз перед отправкой, ибо кусается больно.

♦ FRANKIE

Доктор Косякьер Всея Чаоса, крёстная мать клана сицилийских йобушков, гроза семи морей и одного холодильника, по совместительству правая рука мастера жопок не для в с я к о г о. Любит безнаказанно плевать в карму и рассылать стикер перчика. Специалист по связям с общественностью.

♦ BEATRICE

Хотели познакомиться с Бэтменом и Сантой в одном лице? Будьте любезны, любите и жалуйте – вот он, супергерой всея Чаоса, креативщик без страха и упрёка, маленький дружелюбный альтруист, готовый отГМить ваш эпизод во все поля, а после задарить вас ништяками.


VICTOR

Всем папам папа, укротитель мастера жопок и главный распространитель веры Чаоса в народные массы. Есть два режима: добрый доктор/злой доктор. Второй режим активируется редко, но метко, в основном из-за глупых вопросов. Возникли дельные идеи по поводу пиароблудства? Вам к нему.

♦ ISAAC

Мастер-золотые-ручки-из-нужного-места, даст фору любому интеллигенту, а по шкале серьёзности практически достиг максимального уровня. Предпочитает не участвовать в массовых безумствах, но падок на креативные проекты. За красивыми комплектами обращайтесь к нему.

Teen wolf: the rebirth of chaos

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Teen wolf: the rebirth of chaos » Флешбеки и флешфорварды » a regret we won't regret


a regret we won't regret

Сообщений 1 страница 20 из 21

1

https://65.media.tumblr.com/ea6c436b574fd8cdbb48a42c21dc3df6/tumblr_o8dzq8kW111tjoz9so1_1280.jpg


{ a regret we won't regret }


Время
1999

Место
Лос-Анджелес

Персонажи
Victor Mercer, Elias Mercer, Peter Hale

Очередность постов
Эли, Витя, Петя

Описание
__________________________________

Дети - цветы жизни, конечно же, кто же спорит. Но такие шумные, надоедливые и неуклюжие... Хотя, иногда это все же бывает к лучшему.

+2

2

[AVA]http://sd.uploads.ru/t/3uM2S.gif[/AVA]
Эли ждёт у порога.
Ждёт, пока Сэм и Ханна наконец-то оторвутся друг от друга и можно уже будет нетерпеливо дернуть Сэма за штанину.
Эли не любит опаздывать.
На его новеньких часах с логотипом Супермена, подаренных Сэмом, четыре чёрные цифры. 08:54.
Это почти  д е в я т ь.

Сэм сказал, чтобы не опоздать, им нужно выехать из дома в  д е в я т ь.
Эли нарочито громко вздыхает и на него наконец-то обращают внимание. Сэм смеётся, Ханна хмурится. Зачем-то поправляет ему воротник рубашки и великоватую бейсболку с эмблемой "Доджерс", убирает непослушные вихры  под козырек. Эли морщится - это непривычно и нетерпеливо переминается с ноги на ногу.

Сэм про кепку говорит, что это "непатетично"с его стороны, но Элиас не слишком понимает смысл этого длинного слова.

Ему не интересно. Это же не динозавры. И не собаки. И даже не муравьи. О которых он болтает всю дорогу до аэропорта.

Ему кажется, он вполне мог бы долететь и один, ему же уже пять, он почти взрослый. К тому же, его встретит папа, а куда он денется из самолёта?
Элиас задумывается о том, будет ли круто, если он научится летать, как Супермен, но тут Сэм говорит, что он еще мал путешествовать один и мальчишка хмурится, оскорбленный этим предположением до глубины души.

В самолёте Сэм спит, а Элиас рисует. Пустыню и летящего над ней Супермена. Он бы нарисовал океан, океан он любит больше, но синий фломастер куда-то делся.

В бизнес-классе детей, кроме него нет, зато есть милая старушка, которая угощает его шоколадкой и часто пьёт что-то из плоской штуковины, похожей на маленький термос.
- Это напиток от грусти. - смеётся она, когда Эли спрашивает, что там и на его второй вопрос отвечает - Он помогает только взрослым.

Они приземляются в Лос- Анджелесе уже днём. Эли хочет посмотреть на часы, чтобы узнать во сколько точно, он любит точность, но тут же забывает об этом, увидев папу.
- ПАААПАА! - издав восторженный вопль, Элиас выпускает ладонь Сэма и мчится к Виктору, размахивая рисунком и шоколадкой.
Рисунок тут же вручается ему, слегка подтаявшая шоколадка тоже, а Эли, облизав испачканные шоколадом пальцы, повисает на его шее, довольно улыбаясь.
Сэм идёт к ним, мужчины пожимают друг другу руки, обмениваются короткими фразами, пока Эли машет своей новой знакомой. Та выглядит весёлой, лекарство ей помогло. Элиас решает, что она ведьма, как в сказке. Только добрая.

Сэм спешит на обратный рейс. Он вручает Эли его рюкзак и говорит, что в воскресенье встретит его в Огдене. Мальчишка нетерпеливо кивает, роняет бейсболку и спрашивает:
- Куда мы пойдём, пап? А можно мне мороженое? Ты видел, у меня зуб выпал! А у динозавров были уши?

Отредактировано Elias Mercer (2016-12-09 00:30:27)

+3

3

Студенческие оды у Мерсера были бурными как и у большинства. Вечеринки, алкоголь и если повезёт – секс. Вот только после пары раз такого "везения" с Ханной – студенткой с параллельного потока - у Виктора родился сын. Этого они оба не хотели, но аборт даже не обсуждался. Мерсер всегда был ответственным, тем более его бы мучала мысль, что можно было убить его ещё не родившегося, но уже начавшего развиваться ребёнка. Нет, пусть он молод, но справится. Потом последовали три года ада. Нет, не из-за ребёнка. Менять подгузники сыну, кормить его и успокаивать оба родителя научились довольно быстро. Просто они были слишком разными, не подходили друг другу от слова совсем. Они никогда не состояли даже в отношениях и не собирались этого делать… если бы не Элиас. Постоянные скандалы давили на них обоих, но и сосуществовать мирно у молодой пары не получалось. И вот, уже около года Виктор был разведённым человеком. Наконец-то свобода! Мужчина буквально ощущал, как снова дышит полной грудью, с удовольствием возвращается домой. Лишь одного ему не хватало для полного счастья – сына. По постановлению суда Элиас остался с матерью и приезжал к отцу только каждые вторые выходные. Этого было до жути мало. Он скучал по сыну, но не мог ничего изменить, тем ценнее были дни, когда светлоголовый сорванец приезжал к нему.
Вот и сейчас Виктор с нетерпением ждал в зале прибытия, чтобы забрать сына. Он высматривал его в толпе прибывших, и тут раздался радостный крик.
- Элиас!
Мерсер радостно улыбаясь, повернулся на голос и, присев на корточки, распростёр руки, чтобы поймать сына в свои объятия. Да, маленький Эли стоил того, чтобы вытерпеть три года бок о бок с его матерью. Это стоило того ада хотя бы ради этого взгляда в глазах сына и радости, с которой он вручал ему подтаявшую шоколадку и свой рисунок. Малыш был горд собой и даже ели супермена на рисунке Виктор узнал не сразу, всё равно восхищённо посмотрел на рисунок.
- О, это ты нарисовал? Давай повесим то рисунок на кухне, когда будем дома?
Шоколадка была бережно упакована в салфетку, чтобы совсем не растечься.
- Потом разделим,- мужчина подмигнул сыну и снова встал на ноги, чтобы поприветствовать Сэма. С ним у Мерсера не было проблем. Он даже сочувствовал ему немного, зная нрав Ханны, но всё же он казался ему неплохим мужиком, да и на сына он хорошо влиял. Они пожали друг другу руки, договорились насчёт воскресенья, а потом Сэм ушёл на обратный рейс на прощание потрепав Элиаса по макушке.
Наконец-то Виктор остался наедине со своим сыном. Он протянул ему руку и повёл к своей машине, слушая многочисленные и бессвязные вопросы сына.
- Дома тебя ждёт сюрприз. Как насчёт того, чтобы закинуть твои вещи домой, а потом опробовать твой новый транспорт? Как раз и мороженное поедим.
По пути домой сын ни минуты не давал покоя, но Виктор не имел ничего против. Он скучал по этому светловолосому неугомонному чуду и с радостью слушал его, пусть и понимал, что если он и дома такой постоянно, но Сэму с Ханной явно нужны стальные нервы, которыми они вряд ли обладали.
Дома, после того как они забросили вещи Элиаса в детскую комнату, Виктор встал за сыном, закрыл ему глаза и повёл в гостиную, где мальчика уже ожидал его первый самокат.
- Ну, что скажешь? Нравится?
Судя по восторженному возгласу – да. Виктор улыбнулся и дав сыну время осмотреть свой супергеройский транспорт? Почему супергеройский? Из-за наклеек с эмблемами любимых героев Эли. Теперь можно было смело отправляться на прогулку.
- Пойдём к пляжу? Папе, правда, по пути надо будет зайти в одно место, чтобы заполнить документы, но это ненадолго, обещаю.
Совмещая работу и учёбу, Мерсер совершенно забыл продлить страховку. Посреди недели не получалось, а значит, придётся совместить это с прогулкой с сыном, но он постарается сделать так, чтобы сыну было не скучно.
Поправив бейсболку сына, Виктор пропустил его вперёд, закрыл за собой дом, а потом отправился с Элиасом в город. Они дурачились, шутили, разговаривали на всевозможные темы и просто наслаждались столь драгоценным временем вместе. Как и обещал, Виктор купил сыну мороженое, пока тот смотрел на чаек, дерущихся за рыбу. Когда Виктор обернулся, то успел лишь увидеть, как по пешеходной дорожке рассекал чернокожий парень на роликах. Прохожие испуганно расступались, ибо он явно не собирался сворачивать с пути или использовать для этого специально размеченную для таких ка кон дорожку. Элиас был как раз у него на пути.
- Эли! - Мерсер хотел предупредить сына, но не успел. Мальчика немилосердно толкнули в сторону так, что он ударился о близстоящую машину. Оставив продавцу мороженного деньги, Виктор подбежал к сыну, обеспокоенно осматривая его и помогая подняться на ноги.
- Эли, ты в порядке?
Кажется, кроме испуга, сын никак иначе не пострадал. Виктор прижал его к себе и только сейчас заметил царапины на машине, которые остались от рюкзачка мальчика.
"Чёрт!"
Оставалось надеяться, что хозяин машины или находится далеко или будет достаточно человечным, чтобы понять, что всё произошедшее было случайностью.

+3

4

Прошло не так много времени после его переезда сюда – всего несколько месяцев. И Лос-Анджелес ни шел ни в какое сравнение с Бикон Хиллс. Затхлый мерзкий городишко, слишком маленький, всеми забытый, он никогда не вызывал у него желания вернуться. Порой он замечал за собой легкую тоску – но она скорее была по семье, ощущению стаи, которая всегда поддержит, однако уж точно не по родным местам.
Отсутствие собственной территории, которая была так необходима некоторым оборотням, его не беспокоило, равно как и невозможность отпускать себя в полнолуния, отдавая контроль над телом волку. Он никогда не жаловался на самоконтроль, у него не было проблем с тем, кто он есть, что дома, что здесь. И если уж на то пошло, теперь он был скорее омегой – сестра со своими красными глазами, заставляющими подчиняться ей, осталась далеко, а огромный город открывал невероятное количество новых возможностей. И это перекрывало все минусы, которые только могли возникнуть.
Однако свалившаяся на него свобода не заставила его потерять голову, и здравомыслие его не испарилось под заманчивой перспективой вседозволенности. По-прежнему хотелось добиться полной независимости от семьи, и если в плане оборотнических заморочек все было просто прекрасно и волчье сознание не пыталось вступить в конфликт с человеческим даже во времена полной луны, то на финансовом горизонте все было не так радужно.
Ему не нравилось, что приходится брать деньги с семейного счета. Какая-никакая, но это все же зависимость и причастность к Хейлам, даже если родители оставляли имеющуюся там сумму им с сестрой. У Талии было своих забот по горло со своими детьми, а он не хотел вмешиваться в этот балаган, которым стал их особняк. И он не мог просто брать, ничего не отдавая взамен.
Отсюда вставал вопрос – как достать деньги. Он знал собственные потребности и знал, что запросы у него немаленькие. Однако что ему оставалось – просиживать днями в душном офисе и перебирать бумажки? Явно не для него. Работать руками, полагаясь на физическую силу? Тоже мимо.
Оставалось полагаться только на собственные мозги, и это был многообещающий вариант. Учился он быстро, а в сочетании с неожиданно открытым в себе умением хорошо разбираться в курсах валют и спросе с предложением он видел отличный выход. В конце концов, не получится – и ладно, много он не потеряет, и будет думать дальше.
Но все же у него получилось. И как оказалось, было это не так сложно, а первый доход не заставил себя долго ждать. Едва заметно довольно ухмыльнувшись, он, отрываясь от экрана ноутбука, покрутил головой, разминая шею. Кофе в кружке уже кончился, да и он не собирался сидеть в этом кафе так долго.
Он и так уже собирался уходить, когда чуткий волчий слух уловил скрежет металла по металлу. Звук его насторожил, и он чуть ли не со скрипом в позвонках, предчувствуя недоброе, повернулся и перевел взгляд к окну, что занимало почти всю стену от пола до потолка, только чтобы увидеть мужчину с ребенком как раз у его машины. На которой красовалась длинная царапина – должно быть мальчишка, которого отпихнул рассекающий на роликах мужчина, Хейл видел это краем глаза, задел чем-то его транспорт, когда падал. А ведь день так хорошо начинался.
Скорчив раздраженную мину, Питер, не забыв прихватит ноутбук, вышел из кафе, подходя к своей машине, обеспокоенному родителю и готовому разреветься от вселенской несправедливости ребенку.
- Надо лучше следить за детьми, - просто, но безо всякой капли тепла или понимания, которое могло бы дать мужчине надежду на какое-либо снисхождение к получившейся случайности, сказал он. И, вопросительно изогнув бровь, поинтересовался, - Страховка?

+1

5

[AVA]http://sd.uploads.ru/t/3uM2S.gif[/AVA]
Чайки были забавные.
  Но очень ш у м н ы е.
Элиасу временами хотелось заткнуть уши, но он же уже не малыш, ему целых пять! Он смотрит, как они с криками поднимаются в воздух, чтобы спустя мгновение снова упасть вниз и, снова вверх, с блестящей на солнце рыбешкой в клюве.

"Им не больно?"- хочет спросить Эли, но вспоминает, что папа отошел, чтобы купить ему мороженое.
Недалеко. Если обернуться , то можно его увидеть.
Помахать рукой.
Но не сейчас. Птицы его интересуют больше.

- Эли!
В голосе папы - почему-то испуг - и это заставляет его обернуться.
Как раз для того, чтобы отлететь в сторону, больно стукнувшись локтем и прикусив язык. Элиас морщится и недовольно смотрит на упавшую в пыль бейсболку.
А потом на даже не остановившегося дядьку на роликах.
Он открывает рот и повторяет то слово, которое часто говорит Сэм. Неизменно добавляя "не вздумай так говорить, Эли". Но Сэма рядом нет, значит, можно. А папа не слышал.

Люди вокруг возвращаются к своим делам, а Элиас вдруг оказывается в сильных руках папы, который зачем-то его тормошит  и спрашивает,  не ушибся ли он.
Эли мотает головой.
Локоть болит, но вдруг там царапина и её придётся мазать зеленкой?
Он не любит зеленку. Она щиплется.

- Кепка, пап. - просит Элиас и тянет отца за рукав, пока тот не начал его осматривать более внимательно и деловито отряхивает шорты пыльными ладонями, делая их еще грязнее, чем до этого, а потом спохватывается.  - Самокат! Мы его потеряли!

Самокат он, впрочем, находит почти сразу же. Тот стоит возле фургончика с мороженым и кажется недоволен тем, что его бросили вот так, на произвол судьбы. Эли натягивает протянутую папой бейсболку и идет за самокатом, потому что папа зачем-то смотрит на машину, о которую Эл ударился.

Прикатив свой транспорт назад, Эли вспоминает про мороженое, но отец уже занят. Разговаривает с каким-то дяденькой.
О... О чем?
Мужчина на него смотрит с недоверием, словно ожидая,  что он вот-вот расплачется, но Эл уже вполне доволен жизнью, разве что отсутствие мороженого его огорчало.
Элиас прислушался, придерживая самокат одной рукой, а второй полез за платком в карман штанов. В правом, говорила мама. Веди себя хорошо и выгляди как приличный мальчик. Не пачкайся.

Эли задумался о том, что сейчас он совсем-совсем не выглядит приличным мальчиком.
- Страховка? - спрашивает незнакомый дядька, сказав до этого, что папа плохо за ним, Эли, смотрит. Кажется, он сердится из-за длинной царапины на машине. Но оно ведь само!
- Он хорошо за мной смотрит. - хмуро говорит Элиас. Будут тут еще всякие его папу ругать! - Просто иногда случается... - пауза, мальчишка не знает правильно ли он понял то слово Сэма и подходит ли оно к этой самой "страховке", но все-таки говорит его снова - пиздец.

Он наконец-то вытаскивает из кармана платок и  начинает втирать - грязь в штанину, речь - сердитому мужчине.
- Папа не виноват, меня какой-то дядька толкнул. Что такое страховка, мистер? - он с интересом смотрит на дяденьку, забыв про то, что нужно держать самокат и тот падает мужчине прямо на ногу.
Ему больно?
Эли терпеливо ждет ответа на свой вопрос.

Отредактировано Elias Mercer (2016-12-09 00:30:48)

+3

6

Конечно, не стоило подвергать детей гиперопеке, чтобы они не знали неудач и боли, но порой так хочется. Сейчас хотелось быть рядом пару мгновений назад, чтобы предотвратить то падение, защитить сына, но времени вспять не повернуть. Оставалось лишь осмотреть сына и утешить его, хотя он держался молодцом. Терпел как настоящий мужчина, даже слезинки не проронил. Эли что-то говорит про кепку и Виктор невольно улыбается. Он протянул руку за упавшим головным убором, который уже всю дорогу кажется ему слишком большим для ребёнка, но зато защищает от палящего солнца, и водрузил его на голову сына.
- Держи, герой.
Улыбка в миг исчезает с его лица, когда Эли упоминает про самокат. Нет, мужчина не злился и не печалился, он просто понимал, что сыну нравился подарок, и было бы очень печально, если бы самокат действительно делся невесть куда. К счастью, нашлась пропажа довольно быстро, стоило только обернуться.
- О, смотри, вот он! - Виктор облегчённо вздохнул и показал сыну в сторону самоката, - - Иди пока забери самокат, я сейчас подойду.
Лучше было отослать сына подальше от машины, в то же время так, чтобы он оставался в поле зрения. Просто Мерсер уже видел того, кто, видимо, был хозяином машины. И кажется отделаться простым "простите" не получится.
- Он не виноват, его толкнул этот чокнутый, что рассекает на роликах по пешеходной части.
Хотя в зависимости от того, как сидел хозяин машины в кафе из которого вышел, он мог и не видеть произошедшего. Тем сложнее доказать свою правоту, но на крайний случай ведь были свидетели.
К сожалению сын вернулся довольно быстро, Виктор даже не задумываясь о своих действиях, приобнял его и попытался отодвинуть собой, защищая своё дитя на инстинктивном уровне.
- Эммм... Мы как раз шли её обновлять, - честно признался Мерсер, - может, как-то договоримся?
Виктор надеялся, что мужчина достаточно адекватен, чтобы войти в положение. Ущерб машине, на первый взгляд, был небольшим. Может быть, удастся откупиться… Если удастся договориться с банком, у которого были в последнее время проблемы с лицензией. Довольно точно всю ситуацию описал сын, вот только ему совершенно не следовало говорить таких слов.
- Эли! - удивлённо и строго воскликнул мужчина, повернувшись к Элиасу, - Ты где таких слов нахватался? Чтобы больше я от тебя такого не слышал. Мы дома об этом поговорим.
И не было ни малейшей надежды, что медик забудет. У него была хорошая память, да и к воспитанию сына он подходил ответственно, это Эли уже знал. Но пока что у них были проблемы посерьёзней. Так что Мерсер предупреждающе посмотрел на своего ребёнка и снова развернулся к хозяину машины. Аккурат в тот момент, когда сын роняет самокат тому на ногу.
- Эли, подбери и извинись перед дядей - строго приказывает отец, а затем виновато смотрит на мужчину, надеясь, что он поймёт, что ребёнок действовал безо всякого злого умысла.
- Может, уладим этот вопрос без ребёнка? Я могу оставить Вам свою визитку. Ему, - Виктор кивает в сторону сына, - не за чем в этом участвовать.

+2

7

Раздражающе. Именно так он бы описал сложившуюся ситуацию, когда смотрел на незнакомца и его сына, который подпортил ему машину. Мужчина выглядел настороженным, недоверчиво разглядывая Хейла, и отчего-то отвел мальчонку за спину, словно боялся, что хозяин машины может сожрать ребенка за его провинность. Оборотень склонил голову на бок, расценивая этот жест за показатель бессознательного страха, и едва заметно улыбнулся. Получилось как-то хищно, что не способствовало тому, чтобы разрядить атмосферу, но он к этому и не стремился. Если уж на то пошло, то незнакомцу стоит понервничать, потому что Питеру не особо нравился вид длинной извилистой царапины, что перечеркнула сразу и переднюю, и заднюю дверь.
- Ах да, его толкнули, - саркастично заметил он, - А где в этот момент были вы?
Ему было все равно, где был мужчина и как именно он обращается со своим ребенком, в любом случае, это было не его дело, и сейчас его заботил только ремонт машины. И он не хотел иметь дело напрямую с самим незнакомцем, гораздо проще по его мнению было оставить решение проблемы на их страховые компании. Однако, особого выбора у Питера не было, учитывая, какой ответ ему дали на вопрос о страховке.
Оборотень возвел глаза к небу, мысленно ругнувшись.
- Как-то договоримся, - в конце концов, что им еще остается, - В таком случае, полагаю, вам придется самому выплатить мне сумму ущерба, раз уж ваша страховая компания этим заниматься не будет.
Он безразлично глянул на мужчину, который пытался оправдываться и при этом не говорил ничего важного, ничего, что могло бы уладить ситуации быстро и удовлетворить обе стороны. Может, это и было слишком сухо с его стороны, но входить в чужое положение и просто прощать порчу машины он не собирался, даже если это было случайностью. Вины ребенка и в самом деле здесь не было, Хейл видел, как его отпихнули, однако не будет же он оплачивать починку из своего кармана, когда можно взять деньги с отца сквернословящего засранца, который после того, как прочертил царапину на машине, посмел влезть в разговор взрослых, да еще и поправлять его. Осадить мальчишку волчьим рыком было нельзя, жаль.
Хотя ребенок был забавным – это нельзя было не признать. Но это оставалось таким ровно до тех пор, пока он находился от него подальше и не проявлял особого участия в разговоре: детей он любил только в том случае, если они приходились ему родней, и даже это далеко не всегда помогало увидеть в маленьком чудовище нечто, что можно было стерпеть, обнять, а иногда и сварить какао.
Едва выдавленное из-за слов отца извинение за не очень-то болезненно, но весьма ощутимо упавший Хейлу на ногу самокат мальчишку в его глазах не подняли. Его лепет был не интересен, его недовольство за критику методов воспитания его отца и его любопытство интересовали Питера еще меньше. Незнакомец предлагает разобраться в проблеме без ребенка, и пока что это единственное, что приходится ему по душе, из всего, что этот мужчина уже сказал ему.
- Хорошо, - согласился он, забирая визитку, - Я надеюсь на вашу добропорядочность и то, что вы не станете увиливать от ответственности, - оборотень улыбнулся, но это не выглядело по-доброму или хотя бы просто приветливо. Это выглядело скорее как молчаливое обещание того, что он отыщет должника и на другом конце земли, если тот вздумает испариться, и мало тому не покажется, - Я позвоню, когда выясню цену за ремонт.
Облегчение от того, что он согласился уладить дела, не впутывая в это ребенка, крупными буквами читалось на лице мужчины, и Хейл подумал, что тот действительно любит своего сына. Не то, чтобы это что-то меняло или вообще его заботило.
- Все же присматривайте лучше за ребенком, - напоследок заявил он слишком прохладным голосом, чтобы можно было принять его слова за доброжелательный совет, - Пока он не выучил и словечки похлеще. Всего хорошего.
Сев внутрь и хлопнув дверью, он завел машину и, не оглядываясь своего внезапного должника и вредного мальчонку, вырулил с парковочного места. Надо было заехать в сервис.

+2

8

Мужчина не создавал впечатление того, кому есть дело до того, при ком и как он говорит. Вряд ли он бы не стал обсуждать дела при ребёнке, но, видимо, он или смилостивился или Элиас ему не понравился своими выходками. Как бы то ни было, хозяин машины согласился перенести разговор на другой день, когда сына Мерсера рядом не будет.
- Смысл мне увиливать, когда у вас теперь есть моё имя и номер?
Конечно, это не мешало некоторым должникам уезжать в другую страну и менять имя, но Виктор был не из их числа. Видимо, этого мужчине, имени которого Мерсер до сих пор не знал, вполне хватило. Он бросил ещё пару предупреждений, которые уже казались менее враждебными и уехал.
"Пронесло."
Когда мужчина уехал, Виктор ободряюще улыбнулся сыну и всё же купил ему обещанное мороженое, чтобы ребёнок не расстраивался и не забивал себе голову взрослыми заморочками. Сложившаяся ситуация все выходные не выходила у Виктора из головы, но он старался этого не показывать. С сыном они провели замечательные выходные, а в воскресенье мальчик уже улетел домой, пообещав отцу вести себя хорошо.

Прошло несколько дней, прежде чем пришло письмо от имени некоторого Питера Хейла. Лишь увидев счёт на нехилую сумму с описанием, Мерсер понял, что это и есть тот самый водитель.
"У него что, машина из золота?"
Но судя по письму, страховой агент Хейла требовал возместить техосмотр, замену двери, которая стоила немало и покраску в какой-то особенный цвет, который был у машины изначально.  В целом всё честно, но не особо справедливо. Надо было так же смыться с места, как и тот парень на роликах. Юрист сказал, что мог бы попробовать хотя бы сбить сумму, но шансы жутко малы. Так что Мерсер сразу же отказался от этой идеи. В целом, у него хватало средств, чтобы выплатить нужную сумму, если бы не проблемы с банком. После нервостоящего разговора выяснилось, что пока идёт разбирательство с лицензией, банк не может выдать запрашиваемой суммы, а кредит тем более не выдаст. К счастью, Виктору предоставили все возможные документы, чтобы Хейл поверил словам Мерсера. Оставалось теперь только показать их ему и как-то договориться. Пожалуй, это будет задачей не лёгкой. Мужчина казался не особо сговорчивым.
К счастью им удалось договориться насчёт встречи. Сразу после работы Виктор поехал по названому адресу. Погода, кажется, хотела сказать Мерсеру, что всё плачевно. В Лос-Анджелесе дождь был редким гостем, но именно сегодня лило как из ведра. По закону подлости зонта с собой у медика не оказалось, а парковки рядом с домом, в котором жил Хейл, не нашлось. Пришлось, ругаясь на весь свет, отъехать подальше, прихватить с собой сумку, которая не спасла бы от дождя, и бежать как можно скорее к месту встречи. К сожалению за это время Мерсер всё равно успел промокнуть до нитки. Светлая рубашка была довольно лёгкой и теперь мерзко липла к телу.
Поднявшись на нужный ему этаж, Виктор позвонил в дверь квартиры Хейла. Послышались шаги, дверь открылась и на пороге замер Хейл, удивлённо смотрящий на мокрого и запыхавшегося медика.
- Парковки рядом с домом не было, а я забыл зонт, – решил нарушить тишину и объяснить ситуацию Мерсер, виновато улыбнувшись. А что? Он погодой не управлял, зато даже при таких условиях явился, как они договорились. Виктор не хотел, чтобы Питер думал, что его должник увиливает, и так обстоятельства играли ему не на руку.
Стоять в дверях становилось постепенно неловко, но Хейл, к счастью, отошёл в сторону, пропуская гостя внутрь, и велел снимать обувь, да принять для начала душ. Виктор в такую щедрость поверил не сразу и ещё сильнее удивился, когда его отвели к ванной комнате. Протянули халат с полотенцем и велели отдать мокрые вещи, чтобы их можно было закинуть сушиться. Дважды просить Месера не нужно было. Он поблагодарил Питера за такое гостеприимство, разделся в ванной, когда Хейл вышел, и пошёл в душ. Горячая вода была как манна небесная. Однако затягивать с водными процедурами Виктор не собирался, он здесь был не поэтому.
Когда медик вышел из душа, мокрых вещей на полу уже не было. Мужчина даже не слышал, как хозяин квартиры их забрал. Быстро вытеревшись насухо и укутавшись в халат, Виктор вышел из ванной комнаты, протирая полотенцем волосы и пошёл в гостиную, где и застал Питера с двумя чашками горячего чая.
- Ещё раз благодарю.
Виктор принял тёплую, почти горячую чашку из рук Хейла и сел напротив него. Было странно обсуждать дела в халате, но выбирать не приходилось, однако он не торопился, сначала сделав глоток чая, согреваясь и изнутри. На лице Мерсера читалось блаженство.

+1

9

Питер открыл дверь спустя несколько минут после того, как в квартире раздался звонок. Он прекрасно помнил о назначенной встрече и ничуть не сомневался в том, кого увидит на пороге. Сюрпризом стал вид Мерсера: промокший до нитки, весь озябший, от него за версту несло холодом и дождевой водой, в которой едва-едва различался аромат его одеколона. Приятный запах и не менее приятный вид – светлая рубашка, намокнув, липла к телу как вторая кожа, облегая и ничего не скрывая. Хейл чуть усмехнулся, скользя взглядом по ладной фигуре мужчины.
Первым тишину нарушил Виктор, начав оправдываться, и очарование момента было нарушено слишком явно прозвучавшей в его голосе виной. И почему с этим человеком вечно что-то приключается? Сначала царапина на дорогой машине, теперь внеплановая прогулка под ливнем – и ни в чем из этого Мерсер не был по-настоящему виноват. Просто Питер привык извлекать выгоду из всего, что только попадается в его руки.
Он отступил назад, пропуская Виктора внутрь и провожая его взглядом – промокла даже плотная ткань джинс, и оборотню выставлялась на обозрение не только спина, но и задница. Он покачал головой, усмешка стала еще заметнее, а взгляд – более заинтересованным.
- Думаю, вам стоит принять горячий душ и переодеться в сухое, - на удивление в карих глазах он лишь пожал плечами, - Во-первых, воспаление легких – не самая приятная вещь в мире. А во-вторых, не думаю, что вы хотите платить и за испорченный дождевой водой ковер. Он все-таки персидский.
И его тон ясно давал понять, что его больше волнует ковер, чем здоровье человека. Хотя, признаться, ему нравилась и самая идея того, что этот мужчина будет обнаженным стоять в его ванной. В этом не было какого-либо сексуального подтекста, он не воспринимал Мерсера в этом ключе – заводить какие-то отношения, да хоть простую интрижку, с должниками он не собирался. Но это не мешало ему получать эстетическое удовольствие, как от созерцания прекрасной скульптуры или картины. Да и в конце концов, теперь никто не мог упрекнуть его в том, что он не радушный хозяин.
Он отвел Мерсера в ванну и, вручив ему полотенце и халат, дал ему возможность побыть наедине с собой, чтобы стянуть мокрую одежду. О том, как это может выглядеть, он старался не думать, заняв себя вытиранием лужи, что уже успела накапать с гостя, а когда он закончил и вернулся в ванну, чтобы забрать мокрую одежду, Виктор уже успел благополучно скрыться за мутной стеклянной дверцей душа, через которую его тело просматривалось еще хуже, чем через одежду. Он видел только размытые очертания, мог угадать движение конечностей и корпуса, но сами детали были неразличимы. Не то, чтобы он собирался подглядывать за мужчиной, которого видит второй раз в жизни. Но он был бы вовсе не против, если бы пояс халата, что он дал Мерсеру, вдруг случайно развязался, а полы распахнулись.
К тому моменту, как гость вышел из ванны, пропитавшись насквозь запахом его собственного геля для душа, Питер уже успел заварить чай, и теперь протягивал расслабившемуся человеку дымящуюся чашку. Горячая вода делала чудесные вещи, и даже несмотря на цель своего визита, Мерсер не выглядел нервничающим или напряженным, почти распластавшись по дивану. Питер же, пристроившись в кресло напротив, разглядывал человека как нечто любопытное и неизведанное, склонив голову на бок и лениво размышляя о том, куда дальше стекали капли воды, скрывшиеся за воротом халата.
- Итак, вы видели бумаги, что я вам прислал? – начал он, возвращая пригревшегося на его диване человека с небес на землю, к делам насущным и не очень приятным для него, - Не люблю затягивать с долгами, потому даю вам неделю, чтобы выплатить мне сумму ущерба. Можете платить частями, можете сразу, мне все равно, но к следующему понедельнику деньги должны быть у меня.
То, что Мерсер может попытаться оспорить выставленный ему счет, сбить сумму, им даже не рассматривалось. Он говорил так, словно Виктор уже согласился с его условиями, уже почти что протягивал ему чек. Сомнений в том, что он получит желаемое, не было, и тон его был уверенным, твердым – и приказным.

+2

10

Конечно, вид человека, которого, казалось бы, с головы до ног водой окатили, всякого поверг бы в немое удивление, но Мерсеру казалось, что он заметил интерес во взгляде Хейла. Конечно, ему могло показаться, но может, удастся как-то этим воспользоваться, если он оказался бы прав? Но сейчас его хотя бы пустили на порог. Хотя у Питера не было выбора, если он хотел компенсации ущерба. То, что Виктор был в нём неповинен, здесь даже не обсуждалось. Увы, доказать ничего иного он не мог, ибо на момент, когда образовалась та злосчастная царапина, у него истекла страховка, и никто этим делом заниматься не собирался. Медик посчитал, что просто принять вину было бы наименьшим злом, чем доказывать обратное. Ну, считал вплоть до того, как получил извещение из банка.
На миг Виктор поверил в то, что Хейл может быть человечным, когда тот предложил душ, но его тут же немилосердно вернули на землю.
"Ну, да, ковёр, как же иначе. Как я вообще мог подумать, что он может позаботиться о ближнем своём без самовыгоды?"
Типичный "богатенький сынок". Нет, Мерсер тоже по идее не бедствовал, но ему пришлось нехило впрячься в юношеском возрасте, чтобы прокормить их семью, когда наследство родителей было ему недоступно.
- Ну, нет уж, я не намерен проваливаться в дополнительные долги, в которых, по сути, нет моей вины.
Мужчина поторопился сойти с дорогого ковра и проследовал в ванную комнату. Душ был просто даром божьим. Во-первых, Виктор наконец-то согрелся после того, как прозяб под ливнем, а во-вторых, расслабился перед нелёгким разговором, что явно было на руку. Как хирург мужчина умел подавлять волнение настолько, чтобы оно не мешало дело, но лучше было бы унять нервы, чтобы преподнести нерадостную весть.
Чай после душа являлся не менее приятным бонусом, можно даже сказать, неожиданным. Вот на этот раз это, пожалуй, действительно было дружеским жестом. Ну, если не принимать в расчёт возможности, что Хейл мог бы ему что-то подмешать, но Мерсер надеялся, что его визави не настолько утратил всякое понятие порядочности и совести.
Медик сел на диване, однако не собирался чрезмерно расслабляться, всё же он пришёл сюда по делу.
- Да, видел.
Виктор согласно кивнул, но затем поставил чашку на стол, и потянулся к своей сумке, в которой лежало письмо из банка. Он убедился, что дождь ничего не размыл, а потом протянул документ Хейлу. Копия, на всякий пожарный, была у него дома.
- И как бы мог выплатить долг разом, если бы у банка не появилось проблем с лицензией.
И тут винить Мерсера было нельзя. Видимо, он где-то сильно провинился, что карма на данном моменте повернулась к нему не самой приглядной своей стороной. В письме было сказано, что банк бы с радостью выдал запрошенную сумму, но по вышеуказанной причине, попросту не мог. Виктор поправил начавший раскрываться халат, и вздохнул, явно и сам не радуясь слоившейся ситуации.
- Может, как-то растянуть срок, и я буду платить часть своей зарплаты или… я как-то отработаю эту сумму?
В ответ на скептический и оценивающий взгляд, мужчина поспешил реабилитироваться.
- Нет, не так, я именно про работу.
Пусть на данный момент он не знал толком, что предложить Питеру, но мог взяться почти за любую работу. Конечно же, его попросили тут же огласить список того, в чём мог бы быть полезен медик.
- Сомневаюсь, что вам понадобится приём у хирурга без очереди. Но я раньше занимался массажем, а так же мог бы вне работы и учёбы работать на вас хоть шафером, хоть поваром, да хоть кем, по сути, пока это остаётся в рамках приличия и норм о правах человека.
Конечно, звучало несколько размыто, но если Хейл скажет, в чём Мерсер мог бы быть полезен, будет намного легче строить планы. Конечно, если мужчина согласится, времени у Виктора на себя почти не останется, но он молод и выдержки ему не занимать, вытерпит как-нибудь. В конце концов эта ситуация не навсегда. К тому же, всё ещё был шанс, что Питер решит, что лучше у просто получать процент с зарплаты медика, чем нанимать того. Виктор потянулся за чаем, пока мужчина размышлял над его участью.

+3

11

Вполне комфортно расположившись на диване, он смотрел на расслабившегося от действия теплой воды и горячего чая человека, который довольно прикрывал глаза, делая глоток. Скользил взглядом по его ногам, переходя на бедра и рисуя в своем воображении то, что было скрыто халатом, поднимаясь дальше, к замотанному в махровую ткань торсу, груди, к шее и, наконец, к лицу. Мерсер побаивался его, это слышалось в его запахе, и он нервничал, и все это забавляло оборотня. Но хорошего понемножку, стоило приступить к делу.
Виктор казался ему неконфликтным человеком, и он ожидал, что его требования выполнят, как только он озвучит их. Все бумаги были собраны, сумма обозначена, Мерсеру оставалось только вздохнуть и выписать чек, а потом убираться восвояси, допив остатки своего чая, одновременно с этим удовлетворяя эстетические потребности Хейла. И нет, Питер не хотел видеть протянутые ему документы, подтверждающие, что оплата в срок произвестись не может.
Послав Виктору тяжелый взгляд, он взял письмо из банка, пробегаясь глазами по его содержимому, которое подтверждало слова человека. Это несколько усложняло дело, потому что в ближайшее время лишних денег у Хейла на покраску машины не предвиделось, а менять что-то в уже сложившемся затратном образе жизни он не собирался. И ему не нравилось, что должник пытается увильнуть от своего обязательства, пусть и не по своей воле.
Он отдал бумаги обратно Мерсеру, хмуро на него смотря и, кажется, заставляя его этим самым нервничать. Виктор поправил пояс халата, повздыхал, начал отводить взгляд и извиняюще оправдывался – как будто знал, что в мыслях оборотня промелькнула идея сожрать его живьем. Конечно, ничего подобного он делать никогда не стал бы, но это не мешало ему размышлять о том, как это могло бы быть. Хотя мысли из разряда крови и убийства плавно перетекли обратно в более миролюбивое, но не менее пылкое русло, стоило только разрезу халата разойтись, оголяя грудь человека. Приятное зрелище.
Хотя стоило признать, что и сам Мерсер был неплохим человеком. Он не наглел, не дерзил, даже не спорил, и Хейлу нравилась такая покорность в людях, поэтому, наверно, он и не злился, что с деньгами все обернулось не в лучшую сторону. По крайней мере, Виктор предлагал какие-то способы решения проблемы, понимая, что долг ему уж точно не простят даже за его красивые карие глаза.
Мерсер предлагал как-то отработать сумму, и неудивительно, что он подумал о чем-то совершенно не том, что человек имел в виду. Стоило только скептически глянуть на Виктора, как тот сразу же поспешил развеять получившуюся двусмысленность, а Хейл даже не знал, сожалеет ли он об этом или же ему совершенно плевать. Тащить в постель должника – плохая идея, но это было соблазнительно.
В любом случае, у Виктора в планах ничего подобного не было, и Питер задумчиво склонил голову на бок, потому что массаж тоже был неплохой перспективой. Оборотень обвел глазами гостиную, пытаясь придумать, что такого мог делать для него Мерсер, чтобы отработать деньги, ведь на одном только массаже тот далеко не уехал бы.
- Что на счет услуг по уборке квартиры? – внезапно вспомнив, начал он, - Моя домработница заболела, вы вполне могли бы занять ее место на время. Уборка всех комнат плюс готовка. Она приходила два раза в неделю, на выходных, но если вы управитесь со всем за один день, возражать не буду. Как вам такой вариант?
Конечно, ему такой вариант не очень-то и нравился. Кто вообще может прийти в восторг от того, что ему придется несколько недель работать на совершенно незнакомого человека, убирая его дерьмо, только потому, что тебе в один момент просто не повезло. Но Хейла не особо заботило, что Виктору нравится, а что нет, а у Мерсера не было какого-то выбора в альтернативах. Ему придется сделать так, как говорят.
Питер улыбнулся – но не тепло, скорее просто из вежливости, и взялся за ручку чайничка, который еще не остыл.
- Еще чая, мистер Мерсер? – предложил он, забавляясь от вида кислой мины на лице человека, - Может, одолжить вам сухую одежду? Ваша вряд ли успела высохнуть.

+2

12

Хейл был что угодно, но не счастлив услышать, что компенсации за ущерб ему не выплатят. Кто бы сомневался! Мерсеру оставалось лишь пожать плечами, будь его воля, он просто покрыл бы долг, и забыл бы дорогу сюда. Увы, судьба всё решила иначе, и пока что никто из них не догадывался, что в скором времени они будут только рады, что всё так сложилось.
Виктор убрал бумаги обратно в сумку и наклонился вперёд, снова беря тёплую чашку в руки, после чего сделал ещё один глоток и поправил халат, который имел наглость снова разойтись на груди. В это время Питер размышлял над предложением своего визави и своими собственными желаниями. Кажется, у него было своё представление о том, как может возместить ущерб его гость. Виктор с удивлением посмотрел сначала на Питера, а потом осмотрелся вокруг. Квартира была большой, но чистой. Конечно, убирать такую могло стать адом, особенно, если Хейл был одним из тех молодых людей, которые часто устраивают шумные вечеринки в своих хоромах.
- И надолго она на больничном? – задумчиво поинтересовался Мерсер, просчитывая, насколько приемлемым было предложение Хейла. К тому же он просил ещё и готовить. Нет, Виктор любил возиться на кухне, но одно дело готовить для себя или тех, кого знаешь, а другое – для незнакомого человека, который казался достаточно капризным. Увы, выбирать не приходилось, к тому же два месяца звучали не так уж и страшно. Виктор поджал губы, размышляя, потянет ли такую работу, но прежде чем согласиться, решил задать насущный вопрос.
- Каждые три недели ко мне приезжает сын на выходные. Постановление суда, - пожал плечами Мерсер, хотя видно было, что он не жалеет, что ему приходиться проводить время с сыном, скорее даже наоборот, жалел, что слишком мало, - Смогу я на эти пару раз взять "отгул"?
Если он не сможет видеть Эли или ему придётся посадить где-то, драя чужую квартиру, Виктор откажется, не моргнув и глазом, а потом попытается найти другую возможность расплатиться. К счастью, Хейл согласился, хотя видно было, что ему воспоминание о маленьком мальчике удовольствия не доставило.
Пока Мерсер думал, ему предложили чая. Медик поднял руку, отказываясь от тёплого ароматного напитка.
- Нет, спасибо, у меня ещё есть.
Он мягко улыбнулся и сделал глоток чая, будто в подтверждение своих слов. Он не собирался утруждать Питера больше, чем уже делал, даже если тот сам предлагал.
- Не стоит. Пока я доберусь до машины, опять промокну до нитки, так что можно идти и в своём, - и как раз в этот момент что-то запищало. Мерсер прислушался, у него дома точно так же звучала электросушилка. Значит, всё было не так уж и плохо? Хотя даже если нет, он переживёт, просто закинется дома витаминами и ликёром, чтобы не простыть.
Виктор допил свой чай и посмотрел на Хейла. Короткая пауза вежливости на отвлечённые темы помогла несколько расслабиться, но лучше было разобраться с делами.
- Хорошо, уборка, так уборка, но я бы предпочёл составить договор, чтобы не оказалось, что потребуется что-то, чего мы не обсуждали. Так у нас обоих будет гарантия и честный договор.
Жизнь научила Виктора не действовать легкомысленно и запрашивать письменно всё, что к чему-то обязывало как минимум одну из сторон.
- Можем составить сейчас или вы отправите мне договор на проверку и подпись в двух экземплярах, – медик посмотрел на халат, который явно не собирался скрывать его тела своей тканью, и решил больше в него не кутаться, пока было прикрыто всё, что надо прикрывать.
Конечно, лучше было бы уладить всё тут, но если Хейлу было бы невмоготу вставать и идти или за бумагой и ручкой или ноутбуком, то у него был альтернативный выход.

+2

13

Предложенные Питером условия вполне устраивали Виктора, и тот согласился – у него и выбора особого не было, ведь долг вернуть было нужно, а денег на руках у него не было. Он еще легко отделался, пожертвовав несколькими выходными, и Мерсер даже не стал долго раздумывать, лишь уточнил, сможет ли взять отгул ради сына, а потом и попросил составить договор.
В этом сложностей тоже не было – нужная бумажка была сделана спустя всего несколько часов, как Виктор, обговорив все детали, ушел, а затем и отправлена человеку на почту. И не сказать, что такой расклад подходил Питеру – с гораздо большим удовольствием он бы принял деньги и забыл об этой истории, продолжая жить как ни в чем ни бывало. Не хотелось впускать в жизнь нового человека, пусть и даже в такой незначительной роли, однако никаких идей больше не было, а долг получить надо было, затягивать дело он хотел еще меньше.
В итоге в первые выходные, как Виктор должен был прийти, он даже не стал оставаться дома. Быстро отдал ключи, показал, где находятся моющие средства, намекнул, что если Мерсер вздумает совать нос туда, куда не следует, срок его "наказания" увеличится. И ушел, доверившись добросовестности Виктора – и камерам, что были установлены в фойе дома, и своим собственным обостренным чувствам, которые сказали бы, был ли Мерсер хорошим мальчиком.
Все прошло без происшествий, и Питер после ухода Виктора не недосчитался чего-то из своих вещей, да и Мерсер не проявлял никаких признаков волнения, и ничто не указывало на то, что тот мог быть оказаться. Постепенно оборотень начал доверять человеку, но и сблизиться не пытался – просто не видел в этом необходимости. Да, Мерсер ему нравился внешне, судя по всему, подходил ему и в плане характера, и все же у Хейла не возникало никакого желания. Физическое влечение, возможно, и было, однако он слишком мало знал о Викторе, чтобы это стало чем-то большим. Он был просто его работником, на которого было приятно взглянуть.
Мерсер же не жаловался на работу. Пересекались они редко, Питер предпочитал не находиться в квартире, когда человек делал свою работу, чтобы не мешать ему и наоборот, но когда они все же встречались, разговор был спокойным. Немного шуток, обмен не очень-то значащими фразами, и ни один из них не торопился раскрывать душу, и обоих это устраивало.
В эту же пятницу была вечеринка. Шумная, многолюдная, с большим количеством алкоголя – все это в итоге вылилось в невероятную гору мусора по всей квартире и головную боль у самого Питера, который разбавлял выпивку аконитом. Он не услышал ни звука открывающейся двери, ни шагов человека и его осторожного вопроса, есть ли кто дома, а даже если бы все же уловил слова и понял их значение – все равно не ответил бы, пытаясь соскользнуть обратно в сон, где не было головной боли.
Попытки успехом не увенчались, он все равно проснулся, когда его домработник заглянул в спальню. Лежание на постели с закрытыми глазами не помогло, сон не шел, и стоило бы подняться и привести себя в порядок – сходить в душ и выпить таблетку. Девушку, что лежала рядом с ним в чем мать родила, он будить не стал – не был уверен, что хочет услышать то, что она может сказать. Что в принципе хочет ее слышать или видеть.
Для того, чтобы добраться до душа, он даже не стал одеваться. Искать одежду было откровенно лень, да и он же в собственной квартире, и как будто Виктор не знает, как у мужчин все устроено ниже пояса. Питер даже приветственно помахал Мерсеру, когда проходил мимо комнаты, в которой тот убирался, прежде чем скрыться за дверью ванны.
Прохладная вода не сильно-то помогала, но после душа он уже чувствовал себя лучше, хотя виски все еще болезненно сдавливало. Пришлось постоянно напоминать себе, что без аконита это не было бы так весело, да и регенерация уже скоро закончит свое дело. И все же, наверно, лучше помочь ей таблеткой – поэтому он, выйдя из душа и даже соизволив нацепить халат – тот самый, в котором был Виктор, когда в первый раз пришел сюда – порылся в аптечке и, найдя нужную коробочку, отправился на кухню за стаканом воды.
- Привет, Виктор, - зевая, поздоровался он, столкнувшись с человеком рядом с раковиной.

+2

14

[AVA]http://sd.uploads.ru/t/3uM2S.gif[/AVA]

  Эли немного нервничал.
Ещё бы - на месте привычного Сэма, которого можно было забрасывать разными вопросами и который давал ему поиграть на телефоне или послушать на нем же музыку, сидела сурового вида тётенька.
Она работала у Сэма и, кажется, совсем не любила детей. Во всяком случае на Элиаса она почти не обращала внимания и вместо этого весь полёт разговаривала со своей подружкой.
  Эли бы порисовал, но его собирали в спешке, потому что мама и Сэм опаздывали на самолёт. В результате рюкзак ему помогала собирать мисс Колфилд, но она в этом деле была не эксперт и Эли, как настоящий мужчина, взял проблему на себя. После чего у него в рюкзаке оказалось целых три альбома, большой фонарик и две упаковки батареек к нему, робот-трансформер, Сэмова электробритва , прихваченная хозяйственным Эли на всякий случай (и к его расстройству неработающая) и ни одного фломастера. Про фломастеры он совершенно забыл.
У тётеньки - мисс Колфилд - с собой была только скучная синяя ручка, которая Эли не устраивала от слова "совсем".

В общем, с трапа самолёта он спускался в не самом хорошем настроении. Правда, при виде папы всё равно довольно разулыбался и выдернул ладонь из руки мисс Колфилд.
- ПАПА! Мне совершенно срочно ОЧЕНЬ нужны новые фломастеры. А это мисс Колфилд, её зовут Сара, как мою воспитательницу, только она не любит детей и у её подруги муж-скотина и изменил ей с какой-то кудрявой суч...
- Здравствуйте, мистер Мерсер. - Совершенно невежливо перебила его мисс Колфилд и протянула папе ладонь, улыбаясь при этом точь-в-точь, как Элли, его детсадовская любовь, когда он делился с ней шоколадкой.
Эли это совсем-совсем не понравилось
Он поспешно посмотрел на руку мисс Колфилд.
Так и есть. У неё нет кольца.  Вот прямо вообще никакого кольца. Элиас нахмурился и дёрнул папу за рукав. Мало ли, вдруг они жениться надумают.

- Я хочу в туалет. И устал. - сообщил он, с облегчением вздохнув, когда папа забрал у него рюкзак. Тот получился тяжёлым, наверное, фонарик он взял зря.
Папа разговаривает с Сарой, та всё улыбается, нет, она красивая, но совершенно не умеет обращаться с детьми. Нечего тут, это его, Эли папа.
- Спасибо, что вы меня проводили. - Эли улыбается Саре и переминается с ноги на ногу - ПАААП, туалет.
На самом деле в туалет ему не хочется, поэтому, как только папа извиняется и они отходят от мисс Колфилд, Элиас сообщает, что вполне потерпит до дома и еще раз напоминает про фломастеры.
Домой они едут на машине, значит, папа разобрался с той жуткой штукой, страховкой.
Сэм объяснил ему, что без неё на машине ездить не стоит, потому что у тебя могут быть проблемы.

Дома они оставляют вещи Элиаса на диване, папа удивляется тому, что рюкзак тяжёлый и, пока он уходит на кухню, чтобы налить Эли сока, мальчишка перекладывает в карман толстовки бритву и робота.
- Пойдём гулять? - спрашивает Элиас, но папа смотрит на часы, хмурится и сообщает, что они пойдут в гости, вот только ему надо позвонить.
На звонок никто не отвечает и Эли тоже хмурится. Он не любит, когда папа расстраивается. В гости они едут долго - Эли даже надоедает смотреть в окно и он снова хочет пить.
Поэтому в квартиру, которую папа почему-то открыл ключом, он вбегает первым.
Скидывает кеды и смотрит на папу.
- А кто здесь живёт? - спрашивает Элиас - А можно мне попить?

Отредактировано Elias Mercer (2016-12-09 08:35:00)

+2

15

Убираться в чужой квартире в свой выходной день было не особо приятно, но как-то отрабатывать долг надо было. Ясно было, что Хейл его просто так не простит, даже если по факту Мерсер был не виноват. Обоих мужчин вполне устраивало, что они почти не пересекались. Так Виктор мог в покое сделать свои дела, а Питеру не приходилось терпеть чужого человека рядом с собой.
На этот раз Виктору предстояло прийти не одному. Он пытался дозвониться до Хейла, чтобы спросить, можно ли привести сына, но трубку никто не брал, что ж, сам виноват. Элиас был смышлёным ребёнком, вряд ли будут какие-то проблемы, так что Мерсер поехал в аэропорт, встречать сына.
На этот раз Эли сопровождала незнакомая Виктору женщина, хотя по телефону его об этом уже предупредили.
- Эли!
Мужчина обнял сына, встав на одно колено и улыбнулся. Он каждый раз скучал по нему и на миг даже забыл, что ему предстоит немного поработать, прежде чем уделить время ребёнку.
- Фломастеры? Ну, хорошо, купим.
Он взъерошил волосы Элиаса и поднялся на ноги, протягивая руку мисс Колфилд. Женщина ему уже не нравилась, хотя бы потому, что плохим словам сын нахватался явно от неё.
- Спасибо, что привезли его, но в следующий раз я был бы рад, чтобы вы следили за языком при детях, мисс Колфилд, - строго отчитал её врач. Кажется, это женщине не понравилось, но Мерсеру было плевать, ибо дело касалось его ребёнка, которого он учил только хорошему.
Так что, когда Эли потянул отца в сторону туалета, Виктор был только рад отпустить руку женщины. Они попрощались и мужчина повернулся к сыну. Маленький рюкзак он сразу взял на себя, тот был тяжелее обычного, пожалуй, потом надо будет глянуть, что в него нагрузили.
Домой они добрались, как всегда говоря о всяких пустяках, Эли рассказывал о том, что произошло в его жизни с их последней встречи, а Виктор уточнял и переспрашивал то, что казалось ему интересным или тем, о чём сын явно с большой охотой рассказывал.
Уже дома Мерсер положил рюкзак на диван и пошёл за соком. Когда он вернулся, сын попросился гулять, Мерсеру вновь пришлось опуститься на колено, чтобы посмотреть ребёнку в глаза. Выглядел он виноватым.
- Мы обязательно погуляем, но сначала нам придётся зайти... в гости. Обещаю, это не надолго, я только отзвонюсь.
Обычно уборка и готовка много времени не занимали, так что Эли вряд ли успеет заскучать.
Питер снова не берёт трубку. Может, что-то случилось? В любом случае придётся ехать. Виктор нахмурился и положил трубку, обычно Хейл не игнорировал его звонков.
Открыв дверь квартиры, Виктор сначала подумал, что Хейла обокрали, но потом присмотрелся и принюхался, и, кажется, здесь была нехилая вечеринка. Кажется, прибираться он будет дольше, чем ожидал. Мда уж, Питер мог бы хоть предупредить!
- Эли, иди сюда.
Виктор протянул руку к сыну и снова смотрит тому в глаза, сейчас важно было поговорить с ним.
- Помнишь того дядю, на чьей машине осталась царапина? Это его квартира. Папе приходиться тут прибираться, чтобы покрыть долг, так что пока я занимаюсь делами, будь хорошим мальчиком, ладно?
Он протянул сыну новые фломастеры и усадил его на более или менее чистый диван, где никаких подозрительных пятен не было.
- Сейчас принесу тебе воду, если найду сок, то сок.
Виктор оставил ребёнка одного и пошёл на кухню. Кажется, почти всё, что можно выпить, вчера использовалось, так что пришлось обойтись водой. В тот момент, когда он наполнял стакан, как раз появился и хозяин квартиры... совершенно нагой. Мерсер удивлённо посмотрел на него, к счастью, стол удачно накладывал цензуру на Хейла. Мерсер не был уверен, что хочет знать, как выглядит его работодатель ниже пояса, хотя с точки зрения анатомии там явно не было никаких сюрпризов.
К счастью, из ванной Питер вернулся в уже знакомом халате, к тому времени у Эли уже было что попить, а Виктор начал мыть посуду.
- Привет.
Мерсер выключил воду и повернулся к Хейлу.
- Мне пришлось привести с собой сына, у него каникулы. Я пытался позвонить тебе и предупредить, но ты не брал трубку.
Решив, что на этом всё важное сказано, мужчина вернулся к своим делам, у него самоцелью было как можно быстрее закончить уборку, которая всё равно займёт слишком много времени.
Кажется, кое-кто мучился от похмелья.
- Предупреждай хоть в следующий раз, когда опять вечеринку закатишь, - затем он добавил уже более мягким тоном, - могу потом сделать массаж головы, отлично помогает от похмелья.

+1

16

Питер сделал себе настолько крепкий кофе, что пить его было почти невозможно, но ему нравилось. Он проглотил обезболивающее, надеясь, что оно подействует побыстрее, и снова зевнул. Теперь, когда чувствовать себя он стал лучше, снова захотелось спать, однако возвращаться в постель к той девушке он не собирался, да и вообще хоть когда-то возвращаться к ней.
Пока он бросал оценивающие взгляды в стороны гостиной и прикидывал, остался ли диван в порядке после пьянки, Виктор выключил воду и окликнул его. Хейл посмотрел на него так, будто тот признался, что сам устроил здесь полный бардак.
- Что? – переспросил он, хотя все прекрасно расслышал, - Твой сын здесь.
Он красноречиво обвел взглядом квартиру, намекая, что это не совсем подходящее место для пятилетнего мальчика, или сколько там было его сыну. Но насколько он понял, у Виктора не было выбора, и в какой-то мере он сам был виноват – на экране телефона действительно было несколько пропущенных звонков, однако сон после пьянки был слишком крепким, чтобы он отвлекался на такие мелочи.
Так что совершенно неожиданно пришлось мириться с присутствием ребенка в доме. Хейл был вовсе не в той форме, чтобы терпеливо улыбаться в ответ на детские приставания и прочие пакости, так что остальные комнаты теперь вызывали опаску: там мог быть ребенок. Кухня все еще оставалась относительно безопасным местом, и он не спешил уходить, разглядывая Виктора за работой его горничной. То, что это могло раздражать Мерсера, его не беспокоило: это его кухня, его тарелки и его должник.
Впрочем, Виктора, кажется, это не слишком-то беспокоило, а когда он разобрался с грязной посудой и выключил воду, он повернулся к оборотню и предложил массаж головы. Хейл глянул на него точно так же заинтересованно, как когда человек выходил из душа в одном только его халате, а оставшиеся на коже капельки воды медленно скользили по его телу к границе ткани.
- Можешь сделать его сейчас, - оживился он, хотя головная боль так и не утихла, даже несмотря на обезболивающее, - Прямо сейчас.
Не сомневаясь, что Виктор последует за ним, он оторвал поясницу от столешницы, к которой прислонялся – потому что окружающая обстановка самую малость кружилась – и пошел в гостиную, к дивану, на котором релаксировать под массаж было гораздо удобнее. Даже если он не совсем чистый.
Он вошел в комнату и замер – даже если после вечеринки обивка дивана оставляла надежду, что с ним все будет в порядке, то развалившийся на нем ребенок, возивший по кожаному сидению фломастером, убивал последнюю веру в лучшее. Возмущаться и злиться у Питера попросту не было сил, и он, смотря на все это безобразие до странности флегматично, просто сел на другой конец дивана. Оттирать разноцветные каракули все равно не ему.
- Привет… - он замялся, пытаясь вспомнить имя. Хорошим дядей он был только своим племянникам, но никак не чужим малолеткам, и никакого чувства вины от этого не испытывал, - Да, Эли, точно, - он откинулся на спинку и прикрыл глаза, пока Виктор обходил диван с другой стороны, чтобы оказаться за ним, - Если твой папа сможет избавить меня от похмелья, я поверю в то, что его руки волшебные, - лениво протянул он, думая, что лишний сон все же не помешает.
Он запрокинул голову, смотря на Виктора снизу верх, но тот сразу повернул его обратно, чтобы ему было удобнее, и приступил к делу. Его пальцы, зарывающиеся в волосы, ощущались действительно приятно, и он позволил себе едва заметно улыбнуться, тая от аккуратных прикосновений прохладных рук. Что там Мерсер делал и как ему это удавалось, он понятия не имел, да и не особо хотел знать, но головная боль постепенно утихала, а мерные поглаживания и растирания расслабляли и усыпляли. Хотелось только одного – заиметь человека себе, хотя бы ради вот таких вот случаев, и нещадно эксплуатировать.
- Ммм, действительно волшебные, - улыбнулся он, снова запрокидывая голову, чтобы взглянуть на Мерсера, когда тот закончил, - Спасибо. Но диван тебе все равно отмывать от фломастеров.

+2

17

Хейл в восторге от того, что в доме был ребёнок не был, но деваться было некуда, к тому же, после такой пьянки, этой квартире, казалось бы, уже ничего не страшно. Виктору оставалось только пожать плечами, знал бы он, что тут творилось, он бы сына не привёл. К счастью, больше возражений не последовало и мужчина продолжил свою работу. То, что Питер стоял у него за спиной и наблюдал, потягивая свой кофе, ему совершенно не мешало, Виктор, казалось, его вовсе не замечал. Зато сам стал в миг интереснее, когда предложил массаж. Кажется, кое-кому было совсем хреново, судя по тому, насколько быстро он согласился. Мерсер лишь усмехнулся, вытер руки о полотенце и пошёл за Питером в гостиную, где уже рисовал Эли… по дивану. Виктор мысленно помолился, чтобы фломастеры не были водостойкими.
- Элиас! Я дал тебе раскраску, я разве не говорил тебе, что портить чужие вещи не хорошо? Папе теперь ещё и диван отмывать.
Порой Виктор был рад, что воспитывал сына только по выходным, Ханне было тяжелее в этом плане, хотя не похоже, что мальчика дома действительно воспитывают.
Ни сын, ни хозяин квартиры друг другу рады не были, но хотя бы не враждовали. Сын всё же взялся за раскраску, калякая в ней фломастерами, а сам Мерсер размял пальцы и коснулся ими волос Питера. Сначала он лишь слегка поглаживал его голову, а потом начал постепенно растирать, потом слегка надавливать на нужные точки, потом снова осторожно массировать. Здесь сила была не нужна, пожалуй, самая приятная форма массажа для Хейла в данный момент. И судя по всему, Виктор не растерял своих навыков, так как мужчина быстро расслабился в его руках, о чём говорил и его поза. Медик подался чуть вперёд, чтобы было удобнее, но поймал себя на том, что невольно смотрит туда, куда не положено. К счастью или сожалению, пояс халата всё скрывал, так что Виктор продолжил массаж.
Напоследок он провёл пальцами по волосам Хейла, приводя их более или менее в порядок или подобие причёски, а потом положил руки ему на плечи.
- Всё.
Нет, он мог, конечно, продолжит массаж, но за это ему не доплатят и не освободят от домашней работы, так что приходилось Питеру довольствоваться малым. И всё же Виктор улыбнулся тому в ответ, а потом усмехнулся.
- Кто бы сомневался.
Виктор снова попросил сына вести себя хорошо, а потом продолжил уборку.
- Сегодня я вряд ли смогу закончить всё, так что приду ещё завтра, тогда и приготовлю что, ладно?
Обычно Мерсер управлялся за один день, но в квартире редко был такой срач. Когда они заключали договор, то условились, что если работы много, её можно растянуть на два дня. А учитывая, что сегодня мужчина был тут с сыном, он явно не будет весь день трудится в поте лица, он хотел провести время с ребёнком.
От большей части мусора удалось избавиться и если не создать впечатление порядка, то уже не было похоже, что тут бомба взорвалась… Вплоть до того момента, как что-то не разбилось. Виктор мигом бросился на шум и не зря. На полу валялись осколки чашки, которая была частью китайского сервиза, очень хрупкого и дорогого. Мерсер мысленно застонал, а потом осмотрел сына, тот отделался только испугом.
- Эли! Зачем ты туда полез?
Отчитав сына, которому просто стало скучно, Виктор обречённо стал собирать осколки. Вид у него стал ещё более обречённым, когда он услышал шаги Питера. Он не был эмпатом, но уже достаточно хорошо того изучил, чтобы понять, просто выговором не отделаться. Пришлось отложить осколки и закрыть сыну уши, чтобы он не нахватался плохих слов, на которые Питер был богат. Виктор не отвечал агрессией на агрессию, но неприятный осадок на душе остался. К счастью, их тут сегодня больше видеть не хотели. Выкинув осколки, Мерсер увёл сына. Остаток дня он пытался делать вид, что всё в порядке и Эли, кажется, почти забыл неприятный инцидент, а вот Виктору хотелось немного свернуть шею Хейлу. Да дорогая, но всё же, всего лишь чашка! Надо было поднимать такой скандал?

На следующий день Виктор пришёл уже без сына, оставив того дома, смотреть мультики. Только вернувшись в квартиру Хейла, Мерсер сразу вспомнил вчерашний день, и захотелось развернуться и уйти. Увы, договор есть договор. Мужчина просто взялся за дело там, где он его бросил. Перемыв всё и с горем пополам оттерев фломастеры от дивана, даже не испортив кожу, он пошёл в спальню Питера, где ему тоже полагалось убираться и менять бельё. Хозяин квартиры обнаружился в своей койке с какой-то девицей, ничего необычного. И обычно Виктор бы не стал их будить, да только вчера его упрекнули в том, что он хреново справляется со своими обязанностями. Что ж, может это и по-детски, но маленькую месть он мог себе позволить. Виктор сдёрнул с парочки одеяло, и на миг завис. Оказывается, Хейлу было чем похвастаться. И всё же Мерсер тряхнул головой и начал вытаскивать одеяло из под пододеяльника. Грязное белье он бросил на пол, чтобы потом забрать его, а затем пошёл к шкафу, доставая чистый комплект. Только там он заметил, что на него смотрит хозяин квартиры. И кажется, он заметил, как рассматривал его Виктор.
"Чёрт!"

+1

18

Массаж действительно помог, головная боль поутихла, и он без движения лежал все на том же диване, пытаясь словить дзен. Достичь нирваны почти получилось, однако сон сморил его раньше – легкая дремота, в которой он вроде и осознает реальность, но в то же время восстанавливает потрепанные сочетанием аконита и алкоголя силы. Несмотря на то, что ощущал он себя по-прежнему как-то не особо и здоровьем пока не блистал, ему было комфортно, и он совершенно расслабился, даже на какое-то время забыв о маленькой пакости в своей квартире. Точнее ребенке.
В себя его привел тонкий звук разбивающегося стекла. Хейл распахнул глаза, резко поворачивая голову в ту сторону, и головная боль тут же вернулась, прострелив виски. Эффект от массажа оказался недолговечным, и ему требовался сон, чтобы избавить от последствий вечеринки, желательно в каком-то тихом и уединенном месте, где ему не будут мешать посторонние – как, например, Виктор и уж тем более его сын.
Поморщившись, оборотень прошагал в другую комнату, заставая Элиаса с поличным на месте преступления: мелкий засранец разбил чашку из невероятно дорого сервиза, который ему когда-то подарила сестра. Непонятно, зачем, да сам этот сервиз не представлял особой сентиментальной ценности для него – только валютную – но сам факт того, что мальчишка добрался до его полок и брал его вещи, раздражал. Его племянники всегда были более воспитанными.
Головная боль в сочетании со злостью вылились в тираду, обращенную к Виктору, который не уследил за сыном. Зачем было вообще приводить его? Он мог возместить пропущенный сеанс уборки потом, а не приходить сюда с маленьким ребенком, которому шило в заднице не дает сидеть спокойно. Не испытывая ни малейших угрызений совести за то, что он сорвался на них, Питер выставил их обоих из квартиры. Привести комнаты в божеский вид Виктор уже успел, все остальное он может сделать и завтра. На этот раз, как он надеялся, без помощи сына, которая только обеспечит ему еще одни долги.
К вечеру регенерация все же завершила свое дело, и он ощутил небольшой укол совести за свою несдержанность, но не стал что-либо, чтобы хоть как-то извиниться. Это казалось несущественным: даже если Виктор вызывал у него какую-то симпатию, это не значило, что он хочет видеть его после того, как тот отработает долг. Осталось не так уж много выходных, когда Мерсер обязан был приходить, и если Питер и испытывал какое-то сожаление по этому поводу, то только связанное с эстетическим видом: Виктор был посимпатичнее той женщины, которую прислала клининговая компания.
Когда Мерсер пришел доделывать свой вчерашнюю работу в воскресенье, он все еще спал. Рядом лежала девушка, которая скрашивала его ночи, но ничего больше не значила, а сам он уже пребывал в том состоянии, когда мозг почти проснулся, а телу было слишком лениво двигаться. Под одеялом было тепло, девушка рядом не липла чересчур навязчиво к нему, обнимая во сне, и от нее приятно пахло – и он разрешил себе поваляться еще немного, ведь накануне он не выспался из-за головной боли.
Положение дел резко поменялось, когда одеяло оказалось сдернуто. Питер наморщил нос, лениво приоткрывая глаза, и увидел стоящего над ним Виктора. Который очень заинтересованно оглядывал его тело, даже толком не понимая, что Хейл все видит.
Он приподнял на локтях, насмешливо смотря на человека и даже не пытаясь вернуть одеяло и прикрыться.
- Нравится вид? – поинтересовался он бархатным голосом, - Может, мне перевернуться на живот, чтобы ты рассмотрел со всех сторон?
Виктор покраснел, на что он лишь рассмеялся, ничуть не боясь разбудить девушку – точнее ему было просто все равно. Зная, что Мерсер все еще смотрит, он плавно поднялся с кровати и с настоящей грацией хищника прошагал мимо него в ванную. И он буквально чувствовал его взгляд на своей обнаженной коже. До этого он как-то не задумывался, что Виктор мог бы предпочитать мужчин, но теперь мысль пришла сама.
Впрочем, это ничего особо не меняло. Вот только Мерсер – то ли злясь за вчерашнее, то ли пряча смущение от увиденного сегодня за раздражением – весь день вел себя как-то слишком вызывающе. Обычно он работал тихо и быстро, порой Питер даже не замечал его, просто в один момент понимая, что квартира чистая. Теперь же Мерсер не упускал случая сделать подколку, пока убирался, а на просьбы и указания Хейла отвечал чересчур грубо. Оборотень нахмурился, глядя, как человек помешивает еду в сковородке: такое поведение его не устраивало. Но учитывая, что ничего по-настоящему оскорбительного произнесено так и не было, он решил отложить эту проблему до следующих выходных.

+1

19

Чисто анатомически никаких причуд в том, что представилось взору Мерсера, не было, однако размеры Хейла мужчина мог оценить даже сейчас. Если Питер ещё и умел пользоваться тем, что дала ему природа, то понятно, почему девушка сейчас спала так крепко, что даже не заметила, что осталась без одеяла. Сама она оказалась не такой интересной. К сожалению или счастью пришлось отвести взгляд, когда проснулся хозяин квартиры. Питер заметил, как смотрит на него Виктор и тут же предложил покрасоваться перед ним. Захотелось чем-нибудь швырнуть в него, вместо этого Мерсер отмахнулся и продолжил свои дела.
Простынь он смог заменить только когда проснулась девушка, её нагота Виктора не смущала. После спальни он пропылесосил, помыл полы там, где не было ковра, а потом и перекочевал на кухню, где ему предстояло готовить. Относиться к Хейлу как прежде после вчерашней мелкой ссоры Мерсер не мог. Он не провоцировал хозяина квартиры намеренно, но предпочёл бы, чтобы тот свалил, пока медик тут работает. Увы, мужчина никуда не собирался, от чего сегодня нарывался на едкие замечания, когда пытался заговорить. Не удивительно, что Виктор старался побыстрее закончить тут и уйти домой, к сыну.
За ту неделю, что они с Хейлом не виделись, Виктор успел остыть, хотя неприятный налёт на душе всё равно был. К счастью, ему оставалось не так уж и много выходных, потом он этого гада никогда не увидит. На этот раз Элиас был у матери, и не надо было торопиться к нему или мысленно молиться, боясь, что он снова тут что-то испортит. Мерсер привычно открыл квартиру ключом. На этот раз здесь всё было тихо, подозрительных запахов не витало, да и кажется, больше шумных вечеринок никто не проводил. Виктор облегчённо выдохнул и пошёл к шкафчику с чистящими средствами. Мужчина открыл дверцу и чуть не получил по лицу чёрной тканью. На двери висело платье горничной.
- Готовишься встречать новую горничную? – спросил Виктор, когда заметил, что Питер мелькнул где-то за спиной. Судя по размерам платья, это была дама довольно крупной комплекции. Что ж, оставалось только порадоваться, что его не заставляют носить нечто подобное. Рано радовался.
- Что?!
Мерсер обернулся. Ему показалось, что он ослышался. Для него? Ещё чего!
- Ты что, предлагаешь мне надеть ЭТО? А не пойти ли тебе? - беззлобно послал Виктор Питера, - Я это не надену, не мечтай.
Мерсер взял из шкафчика всё необходимое и закрыл дверцу. Он уже собирался пойти дальше, мысленно ругая Хейла и его тараканов в голове, но уйти ему не дали. О, "отлично", теперь Питер ещё и приплёл сюда фарфор! Ладно, отработать его медик ещё мог, но не так.
- В договоре нет ничего про костюм и твои извращённые фантазии. Я и так отработаю. Ты мне платишь за уборку и готовку, а не клоунаду.
Хорошее настроение улетучивалось прямо на глазах.
- Да я лучше сверхурочно отработаю!
Оба мужчины начинали терять терпение. Слово за слово, но Виктор не смог отвертеться от унизительного ношения платья, зато выбил себе убавку срока аж в несколько выходных. Такой расклад его не то, чтобы очень устраивал, но хоть не так долго будет ещё видеть эту рожу. Проклиная Хейла на чём свет стоит, Виктор ушёл в другую комнату, чтобы переодеться. Это было унизительно, юбка еле-еле прикрывала бёдра, придётся одёргивать платье чуть ли ни при каждом движении, а уборка продлится значительно дольше.
Если бы взглядами можно было убивать, Питер бы сейчас даже не дёргался. Мерсер одёрнул юбку, забрал средства и приступил к работе. День был самым настоящим адом. Мало того, что в платье было неудобно, так и Питер явно загорелся целью сделать жизнь Виктора ещё хуже, то педантично указывая на пятнышки, которые медик пропустил, то ронял что-то, ожидая, что это поставят на место. Едкие и дешёвые пошлые комментарии прилагались. Пару раз Питер даже пытался задрать юбку "горничной", за что всё же получил по морде. Мерсер был в шаге от убийства.
Скрипя зубами он наконец закончил уборку и приступил к более приятной части своей отработки – готовке. Пока мясо размораживалось, Виктор вымыл овощи и начал резать помидоры, желая уже скорее избавиться от осточертевшего платья, а потом и свалить из этой квартиры. Он никогда не думал, что Питер прям настолько больной на голову.

0

20

Шутка была идиотской, но забавной – по мнение Питера, не по мнению Виктора. Мерсер даже поначалу не понял, что к чему, посчитав, что он ищет ему замену, а Хейл с легкой усмешкой поторопился его разочаровать.
Новость ожидаемо была воспринята в штыки, Виктор был ошарашен, и уж точно он не собирался надевать костюм горничной, однако какой у него был выбор? Ему оставалось только припомнить ему все его долги – и машину, и фарфор, пообещать сокращение срока, и хотя человек продолжал упрямиться, даже начал кричать, оба знали, что он в конце концов, он уступит. Препирательства много времени не заняли, и сопротивление Виктора было не таким уж сильным, он скорее просто набивал цену, чтобы хотя бы уменьшить количество своих отработок.
Честно говоря, это было смехотворно. Фигура у Мерсера ни в коей мере не походила на женскую, и платье на нем смотрелось донельзя нелепо, хотя сам Виктор, его смущение и недовольство – на это смотреть было уже приятнее. Мерсер чувствовал себя неуверенно, он постоянно отдергивал юбку – не то, чтобы это помогало – и все время оглядывался на Хейла, бросая на него гневные взгляды. Он нервничал от непривычного облика, и наверняка он испытывал стыд от своего собственного вида, а Питеру нравилось ощущать эти эмоции он него.
Оборотень ему отвечал самодовольными усмешками и развлекался тем, что время от времени показательно ронял какую-нибудь вещь, заставляя свою горничную наклоняться и подбирать. Юбку поднималась, открывая заманчивый вид на отличную задницу, и вот это уже действительно привлекало его. Может, платье и не шло человеку, зато хорошо облегало фигуру, а Питер и раньше замечал, что там есть, на что полюбоваться. И весь сегодняшний сеанс уборки теперь походил на неплохое развлечение с получением эстетического удовольствия. От крепкой задницы, едва прикрытой тканью – не от кружевной юбки.
Так что Виктору весь день пришлось терпеть его шутки, хотя зайти ему дальше он не позволил: как только он попытался приподнять юбку, получил отпор, однако это не разозлило его, а только развеселило. Виктор был очаровательным, когда пытался убить его взглядом.
В конце концов, Питер не выдержал, когда человек начал готовить. Он видел то, что в руках у него нож, и помнил о желании убивать в глазах Мерсера, однако остановить его это точно не могло. Виктор вряд ли решится, а оборотню поможет регенерация. Поэтому он совершенно безбоязненно подошел к нему со спины, двигаясь абсолютно бесшумно, и скользнул рукой по его талии, переходя на грудь, чтобы опустить ладонь на его горло.
Он слегка сжал пальцы, не угрожая, скорее показывая свою власть, и потянул его назад, притягивая к своей груди, обвивая его бедра второй рукой.
- Может, отложишь нож на время? – проникновенно прошептал он ему на ухо.
Губами он прижался к его шее, оставляя грубоватый поцелуй, в то время как руку он уже запустил под юбку, мельком осознавая все плюсы платья – не приходилось тратить время на расстегивание штанов. Усмехнувшись, он сжал ладонь на его члене прямо сквозь тонкую ткань белья.
И Виктор мог ругаться и бросаться прожигающими насквозь взглядами сколько угодно, но Питер чувствовал, как человек подался навстречу прикосновению, слышал его тихий выдох, и понимал, что уж в этом Мерсер не окажет ему сопротивления. По крайней мере, настоящего, а показное быстро сошло на нет.
Все еще держа человека за горло, он рванул его на себя, отступая к столешнице, а потом и не слишком-то ласково уложил его грудью на прохладную поверхность – это было не столько нетерпение, сколько желание подчинить. Виктор огрызался на него весь день, крутя при этом своей задницей у него под носом, словно дразня, и это распаляло, и Хейл не хотел сдерживать желание.
Он не оставлял ему возможности к сопротивлению, хотя действовал не силой, а скорее грубоватой лаской, собственным телом прижимая его к столешнице и практически пытая его шею поцелуями, перемежаемыми с укусами. Он не давал времени на размышления, не спрашивал, хочет ли Виктор этого, зато делал все, чтобы у того и мысли не возникало оттолкнуть его.
Действуя порывисто, желая подмять под себя человека, заставив его испытывать удовольствие от его прикосновений, он задрал юбку, стаскивая с него белье. В какой-то момент ему даже захотелось, чтобы Мерсер начал сопротивляться, чтобы угомонить его, оставив на светлой коже краснеющий след от его ладони, но это было решено оставить на следующий пункт программы.
Укусив Виктора в плечо, он сжал его бедро с такой силой, что, наверно, от его хватки останутся синяки, и притерся пахом к оголенной коже, срывая с его губ резкий вдох. Лица его он не видел, но человек наверняка краснел от смущения из-за происходящего, и своей позы, и своей одежды.
Следующий поцелуй был уже нежнее, а Питер потянулся за бутылочкой масла, что стояла у плиты.

+1


Вы здесь » Teen wolf: the rebirth of chaos » Флешбеки и флешфорварды » a regret we won't regret


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2016 «QuadroSystems» LLC